В отпуск на СВО. Почему в Запорожье хирурга-добровольца угощали борщом

Он мог провести отпуск с семьёй, но вместо этого 31 июля уехал в Запорожскую область. Вернулся 1 сентября, ровно через месяц. Хирург-колопроктолог доктор медицинских наук, профессор ПГУ Константин Сергацкий рассказал, с чем пришлось столкнуться в зоне боевых действий и почему он готов вернуться туда снова.

Плюсик в чате

Константин Сергацкий успешно ведёт преподавательскую деятельность в ПГУ, выступает на конференциях, а ещё находится в запасе Федерального центра медицины катастроф. О том, чтобы оказывать медицинскую помощь в зоне СВО, думал и раньше. И вот этим летом, когда увидел разнарядку, в которой требовались врачи, не раздумывая поставил плюсик в чате. Свой отпуск в 56 дней он разделил на две части: первую посвятил семье, вторую потратил на командировку.

Жене о своём решении сообщил за две недели до отъезда.

«Она находилась, скажем так, в культурном шоке, — не скрывает наш собеседник. — Но приняла и поняла, что мне это нужно. С сыновьями было проще: им по 9 и 14 лет, я их просто перед фактом поставил. А они: «Ну раз папа сказал, значит, надо».

О том, что едет именно в Запорожскую область, профессор узнал за два дня до отъезда. Его направили в центральную районную больницу, где ждала работа 24/7. К этому Константин Сергацкий был готов.

«В хирургическом отделении из семи врачей осталось двое: заведующий и ещё один хирург. Как раз, когда я приехал, второй ушёл в отпуск. Мы работали вдвоём. Я жил прямо в отделении, в двухместной палате, — рассказал он. — Это было буквально в двух шагах от поста. Если заведующий уходил в поликлинику или домой, я оставался единственным хирургом. Поэтому к бойцам с проникающими ранениями, с абдоминальной патологией звали только меня. Это не значит, что я был один против всех: заведующий всегда мог прийти на помощь, если требовалось. Но первым к пациентам шёл я. Больница небольшая, всех знал поимённо — от главврача до санитарки. Мы быстро нашли общий язык».

Пациенты поступали разные: с минно-взрывными ранениями, проникающими и непроникающими. Но были и вполне «мирные» хирургические диагнозы: острый аппендицит, холецистит, прободная язва, перитонит. Почти как в обычной больнице.

«В одно дежурство с 16:00 до 8:00 следующего дня я принял семь человек только с минно-взрывной травмой, — вспоминает Константин Сергацкий. — Это множественные повреждения. Ты должен одновременно держать в голове информацию о каждом пациенте. Когда их много, это становится серьёзным испытанием не столько для рук, сколько для головы. Сами по себе врачебные будни — по сути, „дни сурка“, одни сутки похожи на другие. Работа, еда по расписанию, короткий сон. Я ни о чём другом не думал — только о работе. Семья здесь — я там, в голове лишь больница».

Покормить горяченьким

Кормили врачей тем же, что и пациентов: каша, суп, картошка с тушёнкой. На стрессе пензенец не похудел, а, наоборот, даже набрал 5 кг.

«Местные сотрудники нас баловали: сало приносили солёное. И мы его ели вприкуску, — признаётся пензенец. — Коллеги из Запорожья искренне нас ценили. Это было заметно в мелочах. Вот идёшь по коридору, а тебе пакет с едой суют: „Возьмите, это вам“. Говоришь: „Неудобно“. А они: „Берите, мы так хотим“. И это не разово — постоянно. Однажды медсестра из местных в десять вечера принесла в больницу кастрюлю горячего борща, несмотря на комендантский час и риск попасть под обстрел. Мы её спрашиваем: мол, зачем, тут на нас светит отовсюду, как из прожектора. А она спорит: „Мне хотелось вас горяченьким накормить“. Такие моменты до слёз трогают. Насчёт местных жителей мало что могу сказать. Я почти не выходил из больницы, так что контактировал с людьми только как врач с пациентами. К нам, приезжим, относились с уважением и доверием».

Если с едой проблем не существовало, то с водой всё оказалось сложнее. Её не было большую часть времени. А когда воду давали, она доходила только до первого этажа, напора не хватало, чтобы подняться до третьего. Медики бегали с канистрами, вёдрами, пятилитровками — запасались, обеспечивали работу больницы.

«Опытным путём установлено: чтобы помыться двоим взрослым мужикам, достаточно пятилитровки ржавой воды, — смеётся хирург. — А если без шуток, то и здесь очень выручали местные сотрудники. Одна из медсестёр приглашала врачей мыться к себе домой, там была скважина».

Слабый Wi-Fi и много добра

Мобильной связи не было. Выручал Wi-Fi, но и он работал нестабильно.

«Иногда даже СМС не доходили, — упомянул профессор. — Я договаривался с семьей: сообщения „доброе утро“ и „доброй ночи“ означали, что всё в порядке. Иногда удавалось созвониться по видео».

Несмотря на риск и не самые комфортные условия, Константин Сергацкий признаётся: будь у него возможность, отправился бы в Запорожье снова.

«Медицинская помощь там очень нужна, — объясняет он. — Если бы не обязательства перед семьёй, университетом и учениками (защита диссертаций, конференции), я бы остался. Вояка из меня никакой, но со скальпелем у операционного стола помочь могу. Как только появится возможность, я вернусь. Даже если для этого придётся снова есть больничную кашу и умываться ржавой водой».