Какой специалист должен хорошо разбирается в IT-технологиях, генетике и составе взрывчатых веществ? Это все - необходимые компетенции для следователя-криминалиста.
19 октября в России считается Днем образования службы криминалистики Следственного комитета Российской Федерации. Почему поиск по отпечаткам пальцев считается устаревшим методом? Как преступника помогает ловить его собственный телефон? И сколько времени на самом деле ищут пропавшего человека?
На вопросы penza.aif.ru ответил руководитель отдела криминалистики СУ СК России по региону полковник юстиции Максим Смирнов.
Найти след
Ирина Акишина, penza.aif.ru: Максим Вячеславович, а может ли преступник вообще не оставить следов на месте преступления?
Максим Смирнов: Что-то всё равно останется. Человек в любом случае контактирует с предметами, до чего-то дотрагивается и оставляет след, который невидим для обычного глаза, но распознаётся специальным оборудованием.
Кроме того, преступник не может уследить за такими естественными процессами, как слюноотделение во время разговора, выпадение волос или ресниц.
Люди сейчас оставляют и цифровой след. Не многие знают, что каждый мобильный телефон примерно раз в три секунды связывается с сетью, с вышкой – таким образом он контролирует, в какой «соте» находится. С помощью этой связи можно отследить передвижение человека.
Да, раньше были случаи, что сим-карты выдавали без предъявления паспорта, их просто раздавали. Когда я ещё работал следователем, то занимался расследованием преступления сексуального характера, совершённого в отношении девушки. Во время него один из злоумышленников ответил на звонок. Мы проверили детализацию телефонных соединений в районе, где произошёл акт насилия, и определили: в указанный период совершили звонки со 118 сим-карт. Таким образом, сильно сузили круг потенциальных подозреваемых. Но потом выяснилось, что у этих сим-карт всего три собственника – они раздавали так называемые «корпоративные симки» своим родственникам, знакомым, те – своим знакомым…
С тех пор ситуация значительно изменилась. Сегодня строго контролируется, чтобы сим-карты выдавались по паспорту, введена ответственность для тех, кто ими торгует или приобретает в интересах третьих лиц. Это помогает найти преступников. В том числе и таких, кто совершает сегодня IT-преступления.
– Правоохранительные органы не раз говорили, что как раз IT-мошенников тяжело вычислить, они якобы следов не оставляют…
– Причин того, что IT-преступления непросто раскрываются, несколько. Одна из них – серверы интернет-ресурсов, с помощью которых злоумышленник переписывался с потерпевшим, находятся за границей, на территории недружественных стран. Второй момент – даже если преступление совершено через российский мессенджер, на получение ответов уходит не один день. Деньги, которые перечислили мошенникам, проходят через цепочку банков, от каждого из них также надо получить ответ на запрос, и это всё происходит не моментально. Подобным положением дел и пользуются преступники.
Но в последние годы много изменений принято на законодательном уровне (ужесточилось наказание за дропперство, усилился контроль за банковскими переводами. – Кор.), был ограничен ряд мессенджеров. В результате общее число таких преступлений уменьшается, а их раскрываемость увеличивается.
«Пальчики» не нужны?
– А с помощью каких технологий сейчас удаётся найти виновников преступлений прошлых лет? Что нового придумали криминалисты?
– Очень помогает генетическая экспертиза. Этот метод позволяет определить генотип гражданина. Сейчас он более востребован, чем, к примеру, дактилоскопия. Чтобы определить личность человека по отпечаткам пальцев, необходимо, чтобы они на месте преступления были чёткими. Такое бывает далеко не всегда. А для генетической экспертизы достаточно мельчайших следов на предметах, с которыми контактировал преступник.
Например, 20 лет назад произошло убийство и оно осталось нераскрытым. Если орудие преступления изъято, например нож, он до сих пор лежит у нас на хранении. Теперь мы по нему проводим ДНК-экспертизу и нередко получаем результат – контактный след может сохраняться долгие годы.
У нас был такой случай: более десяти лет назад убили пожилую женщину, преступника тогда сразу не нашли. Но одежда погибшей осталась, была произведена экспертиза. И таким образом установили человека, который с ней контактировал, – им оказался грузчик. Он помогал пенсионерке при переезде, вернулся за забытой шапкой, передвинул по её просьбе предметы мебели и попросил дополнительную плату. Та отказалась ему платить, и мужчина в ходе возникшего конфликта задушил бабушку. Совершенно случайный человек, спонтанная ситуация – отыскать виновного трудно. Но уже возможно.
Другой пример. В 2008 году в Заводском районе Пензы в заброшенном здании убили малолетнюю девочку. Провели большой объём исследований, нашли обломок кирпича, которым ей была причинена травма головы, даже обнаружили отпечатки пальцев убийцы, но установить его личность не смогли. И лишь спустя годы по контактному следу на одежде определили преступника. Там тоже всё произошло спонтанно: мужчина увидел на девочке серёжки и кольцо, в руках – мобильный телефон, решил ими завладеть и убил ребёнка.
Законодательством определены категории граждан, которые подлежат геномной регистрации. Раньше это были лица, находящиеся в местах лишения свободы, и граждане, обвиняемые в совершении преступлений сексуального характера. С 2024 года в этот перечень входят все подозреваемые и обвиняемые по уголовным делам.
– В фильмах бывает так: маньяки специально оставляют следы, организуя некую игру с правоохранителями. В вашей практике были подобные случаи?
– В законодательстве нет такого понятия, как маньяк. Есть термин «серийный преступник». В нашей стране серийных преступников, или, как их называют, маньяков, было много в те годы, когда Советский Союз уже начинал разваливаться, а новая Россия только строилась. Нестабильность в обществе приводила к обострениям психических отклонений у некоторых граждан. В те годы на правоохранительные органы была колоссальная нагрузка из-за разгула преступности, некоторых преступников задерживали не по горячим следам, в результате порождалась безнаказанность.
Сегодня серийных убийц практически не существует. Такой результат был достигнут благодаря развитию современных технологий, например системы распознавания лиц. К ней относятся все комплексы фото- и видеофиксации, следящие за нарушением ПДД на дорогах, видеодомофоны, большая часть коммерческих камер. Она широко применяется в крупных городах и будет внедряться у нас. В Пензенской области уже работают камеры системы «Безопасный регион». Их не так много, как бы нам хотелось, и качества изображения не всегда достаточно. Но благодаря поддержке правительства региона система развивается.
Сегодня, когда мы выезжаем на место происшествия, в первую очередь смотрим, нет ли поблизости камер, которые могли бы заснять происходящее. И в 80 % случаев мы их находим. Благодаря им отслеживаем, кто и откуда пришёл. Такие технологии позволяют быстро находить злоумышленника.
Несколько лет назад убийство девочки на ул. Тепличной в Пензе мы смогли раскрыть в том числе благодаря тому, что отследили преступника по камерам, увидели, как он заходил в магазин, садился в автобус. Потом разместили его фотоизображение в СМИ и получили информацию от граждан. Кроме того, генетический материал фигуранта нашли на одежде девочки, и это стало одним из подтверждений его вины.
Этот случай такого жестокого преступления в отношении ребёнка – не типичный для нашего региона. Полагаю, что, если бы его не остановили, не исключено, что он бы мог продолжить совершать насильственные преступления.
– У нас недавно размещали ориентировки ещё на одного гражданина, которого подозревали в «насильственных действиях сексуального характера в отношении несовершеннолетней»...
– Да, мы нашли его меньше чем за сутки, опознали благодаря тем же камерам и созданному фотороботу. Он заключён под стражу. В отношении задержанного будет проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза.
Теперь представьте себе государство, в котором с самого рождения будут собирать генетическую информацию, где всё станет просматриваться с помощью видеокамер и есть только один разрешённый мессенджер. Там практически не будет преступников.
– Возможно, но при этом возникает тотальный контроль со стороны государства… Есть те, кто скажет, что ограничения, о которых вы говорите, нарушают их права.
– Граждане, которые так считают, моментально меняют свою позицию, как только в отношении них или их близких совершается преступление. Я видел это много раз: они требовали найти преступника, несмотря ни на что.
Не как в кино
– Какую самую большую нелепицу, касающуюся следователей-криминалистов, вы видели в фильмах, сериалах?
– В них часто бывает, что раз – экспертиза моментально проведена, вся информация готова. Но в жизни следователю иногда приходится месяц ждать результата. Нельзя по волосу моментально установить фамилию лица, место его проживания, мотивы поступка. Но можно выяснить многое другое.
– А это правда, что в своей работе используете полиграф?
– Да, исследования проводятся для тех, кто устраивается на службу в следственное управление, а также тех, кто идёт на повышение. Применяется полиграф и в отношении подозреваемых, которые выразили согласие на проведение этой процедуры. Можно ли обмануть полиграф? Неподготовленному человеку практически невозможно. Это надо быть Джеймсом Бондом, чтобы контролировать сердцебиение, дыхание, каждое невольное движение. Если кто-то считает, что можно принять значительное количество успокоительного и пройти это испытание с «нужным» для себя результатом, то он ошибается.
Правила «трех дней» нет
– Вы со своими подчинёнными в том числе занимаетесь и розыском пропавших людей. Правда ли, что заявление об исчезновении человека можно подавать лишь через три дня?
– Нет. Нигде в документах такой срок не указан. Мы ориентируем правоохранителей на то, чтобы незамедлительно принимать сообщение об исчезновении и начинать поисковые мероприятия. Но все случаи индивидуальны. Одно дело, когда гражданин, злоупотребляющий спиртными напитками, поссорился с женой и в очередной раз ушёл из дома. И другая ситуация, когда непьющий мужчина утром уехал на машине на работу и пропал, хотя ранее никогда из дома на длительное время без предупреждения родных и близких не уходил. Он мог стать жертвой преступления, например кто-то мог позариться на его имущество.
Если кто-то ушёл из дома и исчез, то мы в первую очередь выясняем, не «помогли» ли ему исчезнуть. У нас был случай лет десять назад: пропал человек, мы выезжаем на место, где он мог находиться, – в недостроенный дом. Посветили на стену ультрафиолетом и выяснили – часть штукатурки на стенах новая. С помощью ножа вскрыли свежий слой, а под ней – кровь. Так пытались скрыть следы убийства.
– Правда ли, что если в течение двух суток человек не нашёлся, то его и не найдут?
– Если мы говорим о безвестном исчезновении ребёнка на открытой местности, то счёт действительно может идти на часы. Но если, например, в лесу потерялся опытный грибник, охотник, который знает, как шалаш построить, еду себе найти, то он может продержаться длительное время. Мы недавно семь дней одного пропавшего искали. Он вышел к нам весь в клещах, худой, но живой.
Мы контактируем с волонтёрским движением «Лиза Алерт», они большие молодцы и здорово нам помогают.
– Уже год в тайге ищут пропавшую семью Усольцевых. А почему так же долго не разыскивают людей, история которых не попала в медиа?
– На самом деле розыск продолжается длительное время по всем фактам безвестного исчезновения граждан. Мы получаем биологические образцы и устанавливаем генотипы родственников через системы для идентификации, анализируем факты обнаружения неопознанных тел, запрашиваем сведения о телефонных контактах и переписках пропавшего без вести. То есть мы ищем вне зависимости от того, сколько прошло лет.
Это же касается и граждан, которые по различным причинам скрылись от следствия. Мы находим их по всему миру. Да, не всегда бывает легко добиться их экстрадиции в Россию. Но эта работа продолжается, сейчас в процессе рассмотрения вопрос об экстрадиции лица, которое скрывается в одной из европейских стран. В начале 2000-х мужчина, по данным следствия, совершил преступление против половой свободы девушки, уехал в другое государство и скрывался там 20 лет…
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
