Примерное время чтения: 10 минут
2687

Донор поневоле? Отец «детей из пробирки» отказывается их признавать

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 50. АиФ-Пенза 15/12/2021
После расставания взрослых дети часто становятся заложниками конфликтов, которые связаны с деньгами.
После расставания взрослых дети часто становятся заложниками конфликтов, которые связаны с деньгами. pixabay.com

Люди встречаются, люди влюбляются. А потом расстаются. И далеко не всем после этого удается остаться друзьями. Особенно, если в схватку между бывшими вовлекаются дети.

Одной из причин, по которой Алексей Ч. и Елена Т. разошлись по разным берегам, была проблема с деторождением. Паре никак не удавалось завести малышей. Но когда они все же появились на свет, напряжение между бывшими влюбленными приняло опасный оборот. Сначала вся эта история напоминала детектив, но сейчас больше становится похожа на драму. Причем на драму с широким общественным резонансом: о перипетиях жизни пары писали чуть ли не все пензенские СМИ.

Не получается своих - родим «из пробирки»

Алексей Ч. и его гражданская жена Елена Т. прожили вместе 15 лет. Время шло, а детей не было. Поскольку естественным путем зачать ребенка не удавалось, пара решилась на экстракорпоральное оплодотворение.

«Пока мы жили вместе, было предпринято две попытки - в феврале и сентябре 2014 года по полису ОМС по квоте, - рассказал он на суде. - Оба раза были неудачные. Вскоре мы расстались и с августа 2015 года уже не жили вместе».

По мнению мужчины и его нынешней супруги Елизаветы, Елена не смирилась с расставанием.

«Она стала звонить и жаловаться, что ей хочется ребенка, пояснила Елизавета Ч. От Алексея требовалось, чтобы он сдал свой биоматериал на анализ, якобы для проверки на бесплодие. Ни о какой третьей попытке сделать ЭКО речи не шло».

Алексей действительно пошел в клинику и сдал свой биоматериал. О том, что это нужно для ЭКО, по его словам, он не знал.

«Без медицинского согласия биоматериал для оплодотворения использоваться не может,  - сказал Алексей Ч.  - Кроме того, нужно сдать и другие анализы, иметь заключение от андролога, гинеколога, врачебной комиссии. Ничего этого не было, и согласие я свое не давал».

Суд да дело

Вскоре Елена Т. сообщила Алексею Ч. о своей беременности, а 6 июня 2016 года на свет появились две девочки. Роды прошли не совсем гладко, малышки родились недоношенными. По словам Алексея, Елена сказала, что девочки серьезно больны, нужны дорогие лекарства, их нельзя заказать, если в свидетельстве о рождении не будет указан отец. В итоге, пока дети были в критическом состоянии, Елена и Алексей поехали в ЗАГС, были получены свидетельства о рождении, куда Алексея вписали как отца. В ноябре 2016 года Елена подала на алименты.

А после этого начались суды. «Решением Октябрьского районного суда от 5 апреля 2018 года Алексей Ч. признан отцом двух малолетних детей Елены Т. В своем обращении вы фактически оспариваете решение суда и обстоятельства, установленные в рамках судебных разбирательств, то есть принимаете меры, направленные на лишение во внесудебном порядке двух малолетних детей положенных им выплат со стороны отца по их содержанию, а также лишение их матери, ставя под сомнение ее биологическую связь с ними», - ответили в 2020 году супругам в СУ СК РФ по Пензенской области.

Алексей и Елена судятся уже несколько лет, на данный момент дело приостановлено. Органами УМВД с одобрения областной прокуратуры была проведена молекулярно-генетическая экспертиза в январе 2021 года. Она показала: биологической матерью девочек является не Елена.

«Информированное согласие (форма) предназначена для пар, состоящих в браке, Алексей считал и считает до настоящего времени, что он выступал как донор. Он также считает, что в медучреждении, где проводили ЭКО, биологический материал могли взять с ответчика, а яйцеклетку забрать от другого донора (двух разных женщин). Поскольку на момент рождения детей они не состояли в браке и отношениях с ответчиком, он имеет право оспорить отцовство», - говорится в материалах суда.

Елизавета и Алексей обратились в различные инстанции, среди которых УМВД, прокуратура, Следственный комитет. Также в октябре 2021 года была составлена претензия клинике, но ответа от нее пока не получили.

«Просто оставьте нас в покое»

Услышав версию событий Алексея и Елизаветы, корреспондент «АиФ-Пенза» связался с Еленой Т. Она сообщила факты диаметрально противоположные тому, что было сказано Алексеем и его супругой Елизаветой.

«Все, что эти люди говорят про меня - это ложь, - заявила Елена Т. - Алексей Ч.  жил со мной вплоть до рождения детей. На выписке из роддома был не только он, но и его родственники, девочек называл сам в честь двух его бабушек. После рождения деткам поставили серьезные диагнозы. Сначала Алексей нас навещал, потом заявил, что он девочкам не отец. Я пыталась с ним связаться, мне нужно было оформить декретные. Когда Алексей сказал, что за каждую справку от него как от отца придется платить, я подала на алименты. В прессе везде пишут, что у меня был корыстный мотив. О какой корысти речь, если тогда он был безработным? До 2018 года не платил, накопился долг, начали судиться. Сейчас платит алименты, но не регулярно и по тысяче на каждую из девочек. Что касается тех экспертиз, где указано, что я, якобы, не мать, то я не понимаю, откуда у них такие сведения. Я свой материал никому не давала. Яйцеклетки мои, дети тоже».

Также Елена утверждает, что не препятствует общению дочерей с отцом, но тот изъявляет желание с ними видеться только на бумаге.

«Мне не нужны никакие деньги от него, я просто хочу, чтобы их семья оставила нас в покое. Я работаю, зарабатываю достаточно», – утверждает она.

Алексей и Елизавета, в принципе, хотят того же самого - чтобы семью оставили в покое. Однако ни о каком покое и речи не идет. Потому что слишком много в этой истории вопросов без ответов.

Почему для ЭКО использовался материал человека, который, как он утверждает, не соглашался на его использование? Как оформлялось это согласие? Почему в документах медклиники Алексей значится мужем, хотя он никогда не был официальным супругом Елены? Кто те женщины, чьими яйцеклетками воспользовались в клинике? Знала ли о них Елена? На все эти многочисленные вопросы могли бы ответить представители клиники, где проводилась процедура, но там воспользовались правом не разглашать информацию, которая представляет собой врачебную тайну.

А вот что думает об этой истории Гульнара Т. Девушка умудрилась за год сделать четыре ЭКО,  только пятая попытка увенчалась успехом – сейчас у Гульнары растет годовалый сын.

«Без участия и согласия мужчины (причем необязательно, что они состоят в браке), ни одна нормальная клиника не согласится делать ЭКО, - говорит Гульнара. - Во-первых, в день пункции (забора) яйцеклеток присутствие обоих партнеров обязательно. Без него процедура не делается. У меня была ситуация, когда муж был на дежурстве. Так вот пришлось его вызывать срочно для подписания договора в присутствии медработника. После забора клеток они в тот же день оплодотворяются и далее подсаживаются на 3-5 день. При процедуре подсадки участие мужчины уже не требуется, но самой женщине демонстрируют пробирку с ее фамилией. Поэтому я не очень верю в том, что мать не знала, чьи эмбрионы. Да, женщина может воспользоваться донорской яйцеклеткой, если свой биоматериал уже не очень качественный. Но это только с ее согласия.

Во-вторых, насколько знаю, донорские программы по ОМС не финансируются. Судя по тому, что у нее было два ЭКО с небольшим промежутком времени, у женщины могли быть криомэбрионы («лишние» эмбрионы, оставшиеся после процедуры стимуляции овуляции, когда получается много яйцеклеток). Возможно, их женщина уже и подсаживала после того, как рассталась с мужем. При так называемом «криопереносе» мужчина уже по сути не участвует. Ведь он ранее дал свое согласие. Довод же мужчины, что он просто сдавал свою сперму на проверку, выглядит сомнительным. Ведь перед ЭКО пара и так проходит всевозможные процедуры и о качестве его спермы уже все известно. Поэтому, думаю, они оба что-то недоговаривают».

Статистика
Согласно данным ТФОМС, за 10 месяцев 2021 года по территориальной программе ОМС Пензенской области процедура экстракорпорального оплодотворения (ЭКО) проведена 595 женщинам на сумму более 71,5 млн. рублей, из них 109 женщинам ЭКО проведено вне территории страхования на сумму более 10 млн. рублей. За указанный период времени в результате ЭКО, проведенных по территориальной программе ОМС Пензенской области, родилось 207 детей, из них 33 двойни и 4 тройни.

Суд здесь не поможет

Обращения во всевозможные инстанции, длительные судебные разбирательства, растянувшиеся на несколько лет, не приблизили конец этой истории. А в похожую ситуацию может попасть кто угодно, особенно сейчас, когда процедура ЭКО стала так популярна на территории Пензенской области. Уже восемь лет она включена  в перечень тех услуг, что оказываются по полису ОМС. Если в 2013 году было предусмотрено чуть больше 300 процедур ЭКО, то в 2020-ом за счет средств обязательного медстрахования было запланировано проведение уже 950, а в 2021 и того больше.

Бесплодие становится бичом современного общества. Желание воспользоваться ЭКО появляется у все большего количества пар, по сути, каждый десятый ребенок, родившийся в прошлом году в регионе, был зачат «в пробирке». И соблазн получить деньги за эту услугу тоже немаленький. Причем получить разными путями. Не случайно по стране прокатилась целая череда скандалов, связанных с ЭКО. Стоимость донорской яйцеклетки, судя по прайс-листу той клиники, где наблюдались Елена и Алексей, 25 тысяч рублей.

Доказать факты мошенничества здесь тяжело. Но еще тяжелее понять, что же делать дальше. Именно поэтому все проверяющие структуры медлят и не дают вердиктов.

Пресс-секретарь Пензенского областного суда Наталья Яшина:
«Семейный кодекс защищает интересы детей. Каждый имеет право знать, кто его отец, а настоящий родитель обязан содержать своего ребенка. В практике есть немало случаев, когда отцовство устанавливается в судебном порядке, также есть и дела, связанные с ЭКО, но нельзя сказать, что они похожи на описанный случай».
Эксперты также не полны оптимизма.

«Если идет речь о некачественно выполненной услуге, в первую очередь следует написать заявление на главного врача клиники, где была сделана данная процедура, - советует юрист Ассоциации защиты прав потребителей Пензенской области Станислав Яшин. - Если это не помогло, то нужно писать жалобу в минздрав. Суд здесь не поможет ввиду того, что возникнут очевидные проблемы с доказательной базой. По вопросу, касающемуся алиментов, можно обратиться к нам за консультацией».

«Если человек сдает свой материал в клинику, будь то семенная жидкость или яйцеклетки, как анонимный донор, вопросов, касающихся материнства или отцовства, вообще не должно стоять, - комментирует ситуацию заведующий кафедрой «Уголовное право» ПГУ Георгий Романовский. - Другое дело, если в документах указано, чей материал и для каких целей сдается, здесь уже сложнее. Если в клинику обращаются супруги, мужчина автоматически записывается как отец. Если пара состоит в гражданском браке, то мужчина может пройти процедуру усыновления, либо быть записанным в качестве отца, но это только в том случае, если он сам даст на это согласие. В вопросах, касающихся вспомогательных репродуктивных технологий, имеется много пробелов в законодательстве. Мы говорим о правах отца, правах матери, а как быть с детьми? Даже в Семейном кодексе этому посвящены всего лишь две строчки,касающиеся того, на чье имя записывать ребенка (речь идет о суррогатном материнстве). Я думаю, в будущем подобные прецеденты будут повторяться, пока не будут приняты соответствующие изменения в законодательстве».

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Топ-5 читаемых

Самое интересное в регионах