Шаг до депрессии
Анна Логинова, penza.aif.ru: Наталья, родители 10—11-летних детей часто не понимают: это уже начался переходный возраст или что-то идёт не так? С чего вообще начинаются подростковые изменения?
Наталья Путилова: Подростковый возраст действительно стартует раньше, чем многие думают. У современных детей первые признаки могут появляться уже в 10–11 лет. И самый частый симптом, который пугает родителей, — это уход в себя. Ребёнок начинает отвечать односложно, перестаёт делиться тем, что с ним происходит, закрывает дверь в комнату. Это не признак неблагополучия, а нормальный процесс сепарации — отделения от родителей, выстраивания собственных границ. Подростку нужно личное пространство, в том числе и эмоциональное. Он учится быть самостоятельным, и это правильно. Если вы, как родитель, смогли выстроить доверительные отношения, в случае реальных трудностей ребёнок сам придёт к вам за поддержкой. Поэтому не требуйте откровенности, не пытайтесь «вытащить» из него всё силой. Чем больше вы давите, тем сильнее он закрывается.
— Какие изменения в поведении ребёнка должны насторожить родителей в первую очередь? На что обратить внимание?
— Резкие изменения в привычном поведении — это главный маркер. Если общительный и активный ребёнок вдруг становится замкнутым, раздражительным или, наоборот, апатичным — это повод внимательно присмотреться. Очень яркая, нехарактерная агрессия тоже может сигнализировать о неблагополучии. Но самый первый индикатор — нарушения сна и аппетита. Если подросток перестал высыпаться, у него изменился режим, он отказывается от еды или, наоборот, «заедает» стресс — это всегда повод задуматься, что происходит. Такие вещи нельзя списывать на «просто переходный возраст».
— Современные подростки очень загружены: школа, репетиторы, спорт, соцсети. Как отличить обычную усталость от чего-то более серьёзного, например от депрессивного состояния?
— Если ребёнок после школы хочет просто полежать — это нормально. Дети действительно перегружены, им нужно время на восстановление. Но если усталость сопровождается апатией ко всему, если подросток жалуется на постоянную усталость, которая не проходит после отдыха, если появляются жалобы на головную боль или боли в животе без очевидной медицинской причины — это может быть звоночком. Такие симптомы часто оказываются психосоматическими проявлениями или признаками депрессивного состояния. Тело начинает «кричать» о том, о чём ребёнок не может или не хочет говорить словами. В этом случае не нужно бесконечно ходить по врачам и сдавать анализы — стоит показать подростка психологу или психотерапевту.
— Какие слова или фразы, даже сказанные как будто в шутку, должны заставить родителей сесть и серьёзно поговорить?
— Самые тревожные сигналы — это обесценивание себя и своей жизни. Фразы вроде «я никому не нужен», «лучше бы меня не было», «я всем мешаю», «я от всего устал» не подростковое нытьё и не желание привлечь внимание. Это прямое указание на то, что ребёнку очень плохо. Их нельзя игнорировать. Также срочный повод обратиться к специалисту — любые завуалированные разговоры о смерти, мрачные картинки в социальных сетях, посты о бессмысленности жизни, изображения, связанные с самоповреждением. Родители часто думают: «Это просто модные подростковые штучки, всё пройдёт». Не всегда проходит. Иногда это единственный способ ребёнка попросить о помощи.
Немой крик о помощи
— Стоит ли проверять телефон у подростка? Многие родители считают, что это необходимо для безопасности.
— Однозначного ответа здесь нет, потому что вопрос сложный и этический. Мы учим детей своим примером. Если хотим, чтобы они уважали наши и чужие границы, мы должны сами эти границы соблюдать. Тотальный контроль без повода только разрушает доверие. Проверка переписки оправдана лишь в одном случае — когда вы видите явные признаки опасности: например, если ребёнку угрожают третьи лица или если он прямо говорит о намерении покончить с собой. Тогда на первый план выходит безопасность, и вмешательство необходимо. Но даже в этом случае лучше действовать открыто, сказать: «Я очень за тебя боюсь, я не могу это игнорировать, давай разбираться вместе». Диалог всегда эффективнее тайного обыска.
— Как правильно начать разговор с подростком, если вы заметили что-то тревожное, но не хотите его спугнуть?
— Лучший инструмент — так называемые «Я-сообщения». Не «Ты опять сидишь в телефоне и ничего мне не рассказываешь», а «Я вижу, что в последнее время ты часто грустишь». Не «Ты ведёшь себя странно», а «Я за тебя переживаю и готова тебя поддержать, если тебе будет нужно». Такие фразы не вызывают желания защищаться, они показывают заботу, а не контроль. И очень важно — не лезть с расспросами в тот же момент, если ребёнок не готов говорить. Достаточно просто обозначить: «Я рядом, я замечаю, что тебе непросто. Если захочешь поговорить, я здесь». И в любом случае — вмешиваться деликатно, без напора.
— Увлечение оружием или экстремальными видами спорта — это само по себе тревожный сигнал или нет?
— Само по себе — нет. Подростки часто выбирают экстрим, потому что это способ самоутверждения, способ получить признание среди сверстников. Кроме того, экстремальные виды спорта помогают удовлетворить потребность в новых ощущениях, адреналин делает жизнь ярче, появляется возможность выплеснуть негативные эмоции.
В этом нет ничего патологического. Но здесь важно родительское поведение. Лучшая стратегия — не запрещать, а интересоваться. Искренне расспрашивать, эмпатично слушать, просить объяснить, что именно привлекает. Обычно в таком случае дети хорошо идут на контакт. И конечно, следует говорить о безопасности, делиться своими переживаниями, объяснять, почему важна экипировка, и напоминать ребёнку, как он дорог вам.
Тревожный сигнал появляется, когда подросток начинает пренебрегать безопасностью: отказывается от шлема, выполняет сложные трюки без подготовки, рискует на пустом месте. Или когда увлечение становится зависимостью: учёба заброшена, все мысли только о спорте, ничего другого не существует. Это может быть способом уйти от реальности, от проблем, которые 16 подросток не знает, как решать. И тогда нужно разбираться не со спортом, а с тем, от чего он так отчаянно «убегает».
— Как родителям правильно говорить с ребёнком о ЕГЭ, чтобы не навредить? Ведь это огромный стресс для всей семьи.
— Отношение ребёнка к ЕГЭ во многом формируется из того, как к этому относятся родители. Конечно, школа тоже давит, но решающий фактор — семья. И даже если вы вслух говорите «не переживай, ничего страшного», дети прекрасно считывают невербальные сигналы: ваше напряжение, тревожные взгляды, разговоры «за закрытыми дверями». Поэтому первое, что нужно сделать родителю, — разобраться со своими чувствами по поводу экзаменов. Откуда эта тревога? Чего вы боитесь на самом деле? Поняв это, вы сможете говорить с ребёнком спокойнее.
Самая вредная стратегия — запугивание: «Если не сдашь — никем не станешь». Ребёнок и сам уже напуган системой. Гораздо полезнее вместе обсудить альтернативные варианты, без давления. Просто показать: «Даже если ты не поступишь туда, куда хотел, жизнь не заканчивается. Есть такие-то пути, такие-то колледжи, можно взять год на подготовку, можно пересдать». Главное, что должен сделать родитель, — показать подростку, что нет ситуации, с которой нельзя справиться или которую нельзя пережить. Это снижает катастрофизацию и даёт ребёнку опору.