Это был кошмар вермахта. В начале 1942 года, когда на фронте Красная армия вела тяжёлые оборонительные бои, в тылу немцев рядом с Ярославской областью один за другим начали сходить с рельсов военные эшелоны, взлетать на воздух артиллерийские склады и мосты. Так умело работали партизаны. Отряды, которые действовали в тех местах, станут приводить в пример. Они не были случайно созданными формированиями. Их специально готовили в Ярославской области. Занимался этим чекист Владимир Губин, позднее руководивший территориальным управлением госбезопасности в Пензенской области. В День партизан и подпольщиков, который отмечается в России 29 июня, рассказываем о том, как рождалась легенда.
Казалось, переиграть абвер было невозможно. Одна из самых сильных и опытных разведок мира во время Второй мировой обладала невероятной мощью. Вызов ей бросили бывшие осуждённые, воспитанники детских колоний и руководивший ими чекист.
Чекист и строитель
Те, кто знал Владимира Владимировича Губина в конце жизни, называли его эрудированным, начитанным человеком. Он хорошо разбирался в строительстве и в сельском хозяйстве. Понимал и в технике: внуки вспоминали, как он в деталях рассказывал об устройстве тепловоза. Кто дал ему такое многогранное образование? Жизнь.
Отец Владимира скончался спустя год после того, как вернулся с Первой мировой войны. Мать умерла ещё раньше, в 1912 году, когда Володе было всего восемь лет. С этого возраста он и начал работать и к 20 годам сменил столько профессий в разных сферах, сколько сегодня не всем удаётся за всю жизнь. Каким-то чудом смог окончить церковно-приходскую школу. И уже позже учился по партийной линии. Во время службы в Красной армии стал политруком роты, на Харьковском тракторном заводе — руководителем профсоюза, а потом ушёл на партийную работу.
В конце 1930-х годах в органах госбезопасности проходили большие чистки — избавлялись от выдвиженцев бывшего наркома внутренних дел Николая Ежова. Состав НКВД сильно помолодел. Одним из тех, кто пополнил ряды чекистов, стал Владимир Губин. Его карьерный рост был стремительным: звания не успевали за должностями. Горьковское управление в 1939 году он возглавлял будучи майором. На местах его ценили не только как чекиста.
Так получилось, что везде, где Губин служил, ему пришлось руководить большими стройками: он отвечал за дороги, набережные, коммуникации. От местных властей получал благодарность. А от руководства — нагоняй. Внук генерала, Владимир Губин вспоминает о звонке деду от Лаврентия Берии.
— Владимир Владимирович, не пойму, вы заслуженный строитель или начальник территориального управления госбезопасности? — поинтересовался нарком внутренних дел СССР. — Если вы хотите строить, мы вас переведём на другую работу.
— Я же получил задание от партии, — пытался оправдаться Губин.
— Ну вот пусть обком партии и строит, — поставил точку Берия.
В сентябре 1941-го Губина отправили на прифронтовые территории — руководить Управлением НКВД — МВД Ярославской области. Там было не до стройки. Регион стал местом высадки диверсантов.
Карл и Дубель
Их назвали Карл и Дубель. В начале Великой Отечественной они, военнослужащие Красной армии, попали в плен и обучались в разведшколе абвера. В сентябре 1942-го их забросили на территорию Ярославской области. Задание было стандартным: выявлять наличие оборонительных сооружений, аэродромов, крупных штабов и воинских частей Красной армии, следить за грузами на железной дороге и работой ярославских предприятий.
Через несколько дней диверсанты отправили шифрограмму: «Стараемся по очереди выходить к железной дороге и наблюдать. За 4–5 декабря на Ярославль направилось 4–5 эшелонов войск». Немецкая разведка тогда не догадывалась: оба её шпиона сразу после высадки пришли с повинной в НКВД. А там решили устроить радиоигру — запутать абвер так, чтобы отвлечь силы противника на другое направление. Та радиоигра получила название «Скрипачи». Руководил операцией лично Владимир Губин.
Ситуация на Калининском фронте была непростой, чтобы помочь войскам, в тыл 9-й немецкой армии генерала Моделя решили направить своих диверсантов. Владимир Губин предложил найти их... в колониях. И подал список кандидатур. Одобрили не всех. Но в феврале Губин отчитался: в тыл врага переброшен отряд «Ярославец» из 65 человек.
«Личный состав состоит из 44 человек, бывших заключённых Волголага, 4 человека — подростки 16–17 лет, воспитанники детской колонии НКВД», — сообщал в Москву Владимир Губин.
Их план заброски не случайно утверждал лично командующий Калининским фронтом генерал-полковник Конев: от отряда ждали многого.
Вера, Лида и агент Яша
Губин готовил тех, кого отправлял на рискованные задания. Их специально учили обращаться с оружием, взрывчаткой, выживать в лесу. Перед ними ставили задачу не только подрывать военные склады и коммуникации в тылу 9-й немецкой армии генерала Моделя. «Ярославцам» надо было внедриться в том числе в контрразведку и разведку противника.
«Уничтожено свыше 1300 немецких солдат и офицеров, 140 полицейских, взорвано 16 мостов, несколько артиллерийских складов, произведено крушение четырёх вражеских эшелонов» — это итог боевой работы партизан за полгода.
В немецком тылу «Ярославец» из местных жителей сформировал ещё три отряда. Партизанам-профессионалам помогали 85 человек. Три местных подростка 12–13 лет под видом нищих ходили по территории противника, собирали информацию. Две разведчицы отряда Вера и Лида смогли устроиться в немецкую комендатуру, они добывали важную информацию, снабжали партизан документами. Агент Яша попал в немецкую разведывательно-диверсионную школу в селе Дубовицы. Передал данные на её преподавателей и курсантов, а потом помог партизанам уничтожить школу.
«Ярославцы» вернулись домой в августе 1942-го. На базе отряда создали новые группы: «Суворовцы», «Кутузовцы», «Сусанинцы» и «Пугачёвцы». Они били тылы противника в Калининской, Смоленской, Ленинградской и Псковской областях. А в санатории «Красный холм» под Ярославлем по приказу Губина заработала спецшкола по подготовке радиооператоров, где обучались агенты-радисты и бойцы для разведывательно-диверсионных групп. Её выпускники потом отличились во многих партизанских отрядах.
Вой сирен
Как Владимиру Губину удалось уговорить заключённых согласиться на такой риск — воевать в тылу врага?
«Среди них не было душегубов, они в основном были осуждены за хозяйственные преступления, — поясняет внук генерала. — Это были партийные работники, командующий состав армии, они на самом деле хотели защищать Родину. И их с дедом связывали дружеские отношения».
Дети и внуки Губина вспоминают: партизаны часто останавливались в доме у офицера, здесь висели их полушубки, для них накрывали стол. Позднее именно Владимир Владимирович ходатайствовал перед Москвой о награждении членов партизанских отрядов.
Да и личность Губина, похоже, импонировала тем, кого он привлекал на задания: чекист не пытался найти место потеплее.
«Налёты немецкой авиации, вой сирен воздушной тревоги, горящий от ударов авиабомб элеватор и улицы, усыпанные осколками снарядов» — вот что запомнил о своём детстве один из сыновей генерала. Но свою семью (а у Губина было трое детей) из Ярославля он не вывозил. Своим примером доказывал — город сдавать не собираются. Целыми днями пропадал на работе, спал в кабинете на раскладушке. Выезжал и на линию фронта. Лично принимал участие в ликвидации 89 групп бандитско-дезертирских формирований (всего 406 человек) и задержании 39 парашютистов.
«Оружие возмездия»
Ракетный центр Пенемюнде называли кузницей немецкого «оружия возмездия». Отсюда Лондон обстреливали самолётами-снарядами «Фау-1» и ракетами «Фау-2». Здесь испытывали новейший германский реактивный самолёт «Ме-262». Кроме того, в провинции Мекленбург располагалось ещё несколько научно-исследовательских центров вермахта. Сюда осенью 1945 года приезжал Сергей Королёв, отец русской космонавтики. Руководил работой органов госбезопасности на этой территории присланный из Ярославля Владимир Губин — к тому моменту уже генерал. Ему предстояло не только разобраться в тайнах немецкого супероружия. Чекисты выявляли мародёров, которые действовали под видом сбежавших красноармейцев, охотились за остатками частей вермахта.
За работу в Восточной Германии Владимир Губин был награждён орденом Трудового Красного Знамени, но в ноябре 1945-го генерала срочно отозвали домой. В Ярославле банды уголовников устраивали дерзкие налёты. На стенах после ограбления рисовали силуэт чёрной кошки. Банда оказалась непростой: в её состав входили три заведующих магазинами и даже партработник. Схватить преступников удалось так же, как и в фильме «Место встречи изменить нельзя»: в банду внедрили молодого оперативника.
Пострадал за целину
Казахстан считался второй по размеру республикой в СССР. В начале 50-х годов здесь началась «битва за целину», развивалась мощная индустриальная база. Там зарождались три мегапроекта: ядерная, ракетно-космическая отрасль и система противоракетной обороны. Владимира Губина назначают министром внутренних дел Казахской ССР не только за успехи на службе, но и за большой опыт в народном хозяйстве: он разбирался и в строительстве, и в промышленности, и в сельском хозяйстве. А после командировки в Германию был знаком и с ракетостроением. Благодаря таким многосторонним знаниям его карьера и рванула вверх. Но это же и стало причиной того, что генерал оказался в опале.
В 1957-м в Казахстане собрали рекордный урожай, а уже в следующем году поменялось руководство республики, были допущены большие ошибки при обработке целины. Не видеть их Губин, выросший в крестьянской семье, не мог. Он не молчал. Результатом конфликта стала его отставка с высокой должности. Владимира Владимировича отправили руководить территориальным управлением в Пензе.
Непохожий на генерала
«Он в обычной жизни не вёл себя как высокопоставленный военный. Ему, как руководителю управления, дали квартиру в доме у Советской площади. Но там никакой роскоши не было, — вспоминает внук Владимир. — Самое богатое, что осталось после них с бабушкой, — это, наверное, библиотека. Они были людьми, несклонными к вещизму. До работы к управлению дедушка спускался пешком, хотя ему выдали служебную машину. Он ходил в кепочке, широких штанах и скорее был похож на председателя колхоза, чем на высокопоставленного офицера».
Его пригласили на парад в июне 1945-го, разрешили взять с собой сына. Тот вспоминал: «Владимир Губин ворчал из-за того, что ему пришлось надеть форму и нацепить саблю — она всё время задевала за асфальт».
В семье, и это все знали, командовала бабушка — хлебосольная хозяйка Акулина Макаровна, которая ездила за ним по всей стране. Её авторитет был непререкаем.
В Сурском крае бурно развивался оборонно-промышленный комплекс. Генерал с таким опытом работы, как Владимир Губин, был нужен региону. Дел было много, а здоровья уже не хватало. В 1964 году после приступа Владимир Губин ушёл в отставку. Но и на пенсии не отдыхал: был председателем Пензенской областной комиссии содействия Советскому фонду мира, заведующим внештатным отделом Областного комитета народного контроля.
Он скончался жарким летом 1972 года на своей даче в Арбекове, которую так любил. Генерал-лейтенанта Владимира Губина похоронили на Новозападном кладбище Пензы.
В материале использованы
данные из публикации «Российской газеты» и монографии «Генерал госбезопасности Владимир Губин».