Миномётные обстрелы в Кабуле, море бедных детей и козни разведок со всего мира – такие воспоминания об Афганистане оставил полковник КГБ СССР в отставке Николай Ковалёв. Эта азиатская республика стала не только местом боёв между советскими солдатами и моджахедами, но и ареной, где в схватке сошлись спецслужбы нескольких стран.
К 15 февраля, Дню памяти россиян, исполнявших воинский долг за пределами Отечества, воспоминания Николая Ковалёва предоставили члены Совета ветеранов УФСБ России по Пензенской области, хорошо знавшие его. О своих командировках в Афганистан Николай Семёнович неоднократно рассказывал молодым чекистам.
В Кабуле всё спокойно
В Афганистан, как вспоминал Николай Ковалёв, он прибыл прямо в праздник – 23 февраля 1984 года.
Доставка была не бизнес-классом: летели на грузовом Ил-2, который также перевозил и бронетранспортёр. Ни Ковалёв, ни его попутчики – 20 офицеров спецподразделения «Каскад» (оно боролось с диверсантами) – на сервис не жаловались.
На первый взгляд в Кабуле было всё спокойно, шла обычная, мирная жизнь. Мальчишки, а их на улицах бегало много, не стеснялись подходить к иностранцам, чтобы попросить денег. Причём делали это даже отпрыски из богатых семей. «Когда в апреле наступил священный праздник Рамадан, я видел этих детей, они были в очень дорогих одеждах», – подмечал Николай Ковалёв.
Разница между доходами разных слоёв населения казалась колоссальной. Но важнее было то, что в своих руках богатые держали власть, они занимали высокие посты даже в спецслужбах. В своё время представители знати получали образование в престижных вузах Западной Европы и США, английский знали лучше, чем русский. Какого отношения от них можно было ждать к Советскому Союзу?
Богатые не только имели власть, они владели и землями, а к ним приписывались люди, чтобы обрабатывать поля. По сути, это был феодальный строй нашего времени.
Большая часть населения жила очень бедно. Мусорный ящик около дома, где жил офицер, к 6 утра становился чистым: местные ребятишки разбирали всё, что там находилось. Дрова стоили очень дорого. Чтобы не замерзнуть зимними ночами, в афганских семьях ложились на ковёр и тесно прижимались друг к другу.
Ночь под миномётами
Обстановка в Афганистане усложнялась. И происходило это не без помощи других государств.
На зиму моджахеды уходили в тренировочные лагеря на территории Ирана или Пакистана, там их тренировали американские инструкторы. Николай Ковалёв признавал: огневая подготовка у них была великолепная, моджахеды прекрасно стреляли в горах, могли делать поправку на ветер, учитывали давление и высоту. А ещё научились определять, где в советском подразделении находится командир, и выбивали его первым.
«По мнению офицеров, с которыми мне пришлось общаться в Афганистане, в самом начале ввода войск был сделан большой стратегический просчёт: когда мы ввели войска, то рассредоточили их по столицам провинций, – указывал Николай Ковалёв. – А надо было размещать их вдоль границы с Пакистаном и Ираном, отрезая тем самым пути подвоза оружия, боеприпасов и живой силы, а также пути отхода на тренировочные базы».
Военные действия докатывались и до Кабула. За месяц до приезда пензенца был убит сотрудник внешней разведки КГБ СССР. Сын уговорил его купить воздушного змея в магазине, который находился за территорией посольства. Вслед за офицером в лавку вошёл афганец и прямо на глазах у ребёнка выстрелил сотруднику госбезопасности в голову.
«Вплоть до окончания моей спецкомандировки терактов в отношении сотрудников КГБ СССР и советских гражданских лиц не происходило. Хотя поступала информация о том, что моджахеды планируют использовать против нас магнитные мины, которые крепятся к днищу автомобилей», – уточнял Николай Ковалёв. Поэтому, например, детей советских сотрудников в школу на территории посольства возили на бронированном автобусе в сопровождении двух машин с пограничниками.
Микрорайон, в котором жил пензенец, дважды обстреливался из миномётов.
«Во время одного из ночных обстрелов мы с женой минут сорок просидели с автоматами, готовясь отразить нападение, – вспоминал Николай Ковалёв. – Но афганцы в атаку не пошли. Наш 15-летний сын спал в это время в своей комнате, он даже не слышал, как взрывались мины. Утром он дулся на нас, что мы его не разбудили».
Резидент был беспечен
Узнавать планы бандформирований, места их сосредоточения, выявлять склады с оружием – это лишь немногие из задач, которые стояли перед сотрудниками КГБ СССР в Афганистане. Было и ещё одно направление – пресечение деятельности иностранных разведок. Те действовали по отработанным схемам – прикрывались дипломатами, журналистами, сотрудниками международных организаций. На территории страны было 19 иностранных посольств, только в американском представительстве числилось 19 дипломатов, которые по факту являлись сотрудниками ЦРУ. Сил, а главное, средств на агентуру они не жалели. Местные жители, которые работали в посольстве и были также агентами, получали зарплату в 30 тысяч афгани – столько в те времена платили министрам афганского правительства.
Но даже при таких «инвестициях» у иностранных разведок были и большие провалы. Один из них стал известен на весь мир.
«Сотрудниками МГБ Афганистана был завербован агент, которого потом успешно подставили военным разведчиками одной из восточных стран. Этот двойной агент дезинформировал разведку противника на протяжении года», – рассказывал Николай Ковалёв.
Двойной агент работал в крупном транспортном узле – кабульском аэропорту. Иностранные разведки хотели знать, какие самолёты туда прилетают и что привозят. В зоне особого внимания были борты КГБ СССР и военные суда Советского Союза. На деньги шпионы противника не скупились. Но вскоре стало понятно: иностранцы начали подозревать агента в ненадёжности, ему стали давать задания, которые в КГБ оценили как «проверочные».
Советская контрразведка решила: пришла пора брать иностранных шпионов. К операции готовились, продумывали мелочи. Обычно двойной агент связывался с «иностранными представителями» в одном и том же терминале. Помещение заранее оборудовали сразу тремя видеокамерами с очень высокими разрешениями. Момент встречи резидентов и обмен конвертами сняли чуть ли не как качественное шпионское кино.
«Помогла» и самоуверенность иностранных разведчиков. Пришедшие на встречу представители восточного посольства были оформлены как технические сотрудники и дипломатической неприкосновенности не имели. Работали они беспечно, вели себя самонадеянно.
«Обычно встреча с агентом специально подстраховывается, ставятся люди, которые смотрят, чтобы не было подозрительной суеты и т.д., – объяснял Николай Семёнович. – А они были уверены в успехе, не придали этому значения и попались. Их задержали, отвели в соседнюю комнату, оборудованную аппаратурой, стали подробно опрашивать. Они были сильно ошарашены, стали давать обширные показания».
На следующий день свои слова задержанные разведчики повторили перед иностранными журналистами. Для этого была специально организована пресс-конференция. Материалы произвели фурор: представители восточного посольства были вынуждены подробно рассказывать, какую деятельность вели на территории Афганистана.
Комментарий
Первый заместитель председателя Совета ветеранов
УФСБ России по Пензенской области подполковник в отставке Николай Фомичёв:
–В конце 70-х и в 80-х годах одной из частей оперативно-служебной деятельности сотрудников Управления КГБ СССР по Пензенской области стали командировки в состав Ограниченного контингента советских войск в Демократической Республике Афганистан. Характер развивающихся в то время событий требовал использования специфических возможностей разведки и контрразведки для обеспечения боевых операций, формирования групп и команд специального назначения, организации координации их действий. Кроме этого, оперативные работники управления оказывали содействие в формировании и становлении специальных органов ДРА. Пензенские чекисты с честью выполнили свой воинский долг, о чём свидетельствуют полученные ими многочисленные государственные награды СССР и Республики Афганистан. В разные периоды времени в ДРА командировались полковники Н. С. Ковалёв, Л. В. Мельников, В. И. Миргородский,
Ю. Т. Великий, подполковник
В. А. Козлов, подполковник В.Г. Васильев.